Открытое завтра Бакея

В прошлую пятницу Бакей выпустил свой четвертый полноформатник «Nagchampa» – альбом, который выше на голову его предыдущих релизов. Накануне премьеры (и спустя полтора года после нашего первого с ним интервью) мы встретились с беларусским рэпером и расспросили об альбоме, дебютном туре по Беларуси и сотрудничестве с Velcom. А он нам в ответ рассказал о новом, позитивном направлении своего творчества и о том, почему быть проще – сложнее.

 

Этим рэпером был Бакей

Холодная осень 2016 года. Залпом запив шесть таблеток валерьянки бутылкой «Белого Золота», я отправляюсь брать свое первое серьезное интервью с никому не известным рэпером из Курасовщины. Охренеть как волнуюсь, но для него вроде бы тоже первое интервью, так что все окей – вдвоем будем трястись. В наушниках играет какой-то трек с нечитаемым названием. «Пепсикольная бэйба», «Неуловимые носочки» – это, конечно, хитяры, но пацан, по ходу, кислотник… Ник еще такой странный. Ба... Ба… Барыга, короче, какой-то, стопудово! Ох уж этот беларусский рэп. Ладно, по ходу, это будет весело.

И это правда было весело. «Барыга-кислотник» оказался отличным парнем. Прямым, открытым и самобытным. Помню, как мы полтора часа без остановки протрындели на старой кухне Nestandа Records, где даже стульев-то не было. Про «еле живой беларусский хип-хоп», про выступления на коттеджных вечеринках для 15-ти пьяных школьников, про мечту бросить работу в строительном магазине и «когда-нибудь сыграть сольник». Было искренне и душевно – за беларусский хип-хоп даже немножечко отлегло. На прощание я в шутку сказал, мол, встретимся в Re:Public через год, чувак.

«Ник еще такой странный. Ба... Ба… Барыга, короче, какой-то, стопудово!»

А теперь прямо как в том анекдоте: «этим рэпером был Бакей». И Re:Public он собрал уже через девять месяцев. Теперь ты знаешь слова «песни с непроизносимым названием» наизусть, а он ездит в туры по Беларуси, пишет рекламные треки для крупных брендов и учит корреспондентов ОНТ правильно произносить слово «фрешмен». Мы встретились с Бакичем прямо перед выходом его четвертого сольника «Nagchampa». На этот раз мы сидим не на полу Нестанды, а в моднейшей кофейне в центре города, но, вроде как, это все видимые изменения. Посмотрим теперь, как внутренне изменился тот самый «Владик из Курасов» за эти полтора года.

 

 

Он вам не Лимооооон!

 – Ууу, ты сегодня в собственном мерче. Это можно считать показателем успешности рэпера? 

– Надо же его как-то продвигать. Да и принт «Хэй май гёрл» мне тут дико нравится. Я б такую купил, даже если бы она не была моим мерчом. А вообще да, с деньгами с нашего прошлого интервью и правда стало получше. Ненамного, но стало.

 

автор фото – njnny

 – К тебе часто теперь обращаются с коммерческими предложениями? 

– Да, довольно часто. Большую часть предложений, правда, мы сразу же отшиваем по различным причинам.

 – Какое последнее предложение ты так отшил? 

– Мне предлагали стать «лицом» мобильников Xiaomi. Или «амбассадором», как они сами это назвали. У них сейчас магазины в Минске открываются. Они хотели пригласить меня на официальное открытие, но не вытянули гонорар.

 – Ух ё… А ты поднялся, парень! 

– А ты думал! Наши концерты теперь тоже не 100 рублей стоят. Да и к тому же у таких компаний есть бабки, так что не обеднеют.

 – Тебя что-то понесло по мобильной теме в последнее время. Расскажи, как получилась вся эта «лимонная» фигня с Velcom? 

– Нас свел редактор Experty.by. Они искали «модного и молодежного» исполнителя для рекламной кампании нового тарифа. И меня им буквально под нос подсунули. Ребята послушали «Vi+ik», «Бикини», им понравилось, и они со мной связались. Но весь этот «Лимооон» трудно давался: я этот трек восемь раз переписывал. Хотя вообще это был интересный опыт. У нас из крупных брендов мало кто контачит с рэперами, так что поучаствовать в таком проекте было интересно. Но в следующий раз, если впишемся еще во что-нибудь подобное, надо настаивать на большей самостоятельности.

 

 

 

Быть проще

 – Ладно, с бабками разобрались. Круто, что теперь у тебя все более-менее. Но в остальном ты все тот же «Бакич с соседнего двора», что и полтора года назад, или что-то изменилось? 

– Сильно изменились требования к себе при написании треков. Они стали проще. Но это не плохо, наоборот – пропал какой-то барьер со слушателем. Раньше я мог напихать в песню кучу завуалированных метафор, чей смысл понял бы только я сам. И то не всегда. Я понял, что надо учиться делать проще. Не в смысле «на от*бись», а понятнее, чтобы достучаться до слушателя, донести свою мысль. Как только я это понял, мне стало проще писать тексты. Что еще во мне поменялось… Запросы, конечно, выросли, что тут скрывать. За коммерческие выступления, рекламу и прочую фигню уже немного другие деньги просим. Потому что для друзей я готов хоть за бутылку пива выступать, а со всяких бюрократических у*бков надо сдирать по полной! Еще пришел к выводу, что мне хочется делать более позитивную музыку. У наших людей и так слишком много проблем, а тут еще какой-то пацан их будет грузить сверху своими. Хочется делать их счастливыми.

 – Ты говоришь, что стал проще и позитивнее, чтобы тебя понимали. Не боишься потерять свою индивидуальность, подстраиваясь под аудиторию таким образом? 

– Нет, ты не понял, я не подстраиваюсь. В любом случае главное, чтобы мне самому нравилось. Со временем я стал понимать, в каком направлении хочу идти. Но я все равно продолжаю экспериментировать. Например, на новом альбоме я попробовал почитать на биты «новой школы», но при этом не про «телки-деньги-тачки», что-то совершенно противоположное. Так получился трек «Бабки», в котором я читаю про их тотальное отсутствие.

 

«Я не собираюсь нырять в какой-то фейковый позитив: жизнь бывает всякая, иногда надо и “хлыста дать”»

 

 – Получается, что ты себе немного противоречишь. Говоришь, что нужно быть позитивнее, но при этом на новом альбоме у тебя есть треки про расставание, про отсутствие бабок и всякой мотивации к жизни и прочие не очень-то веселые штуки. 

– Хм, ну да. В период написания альбома действительно было много всяких проблем. Знаешь, у всех бывают такие моменты в жизни, когда ты идешь по улице и думаешь: «А на*уй мне это все надо?» Но потом сразу одергиваешь себя: «Не, ты че, дол*аеб? Конечно надо!» Я говорил о том, что к проблемам все равно нужно относится с иронией. «Бабки» с текстом про мое былое беспросветное нищебродство я читал на студии с широченной улыбкой. И при прослушивании он вызывает, скорее, позитивные эмоции. Вообще я не собираюсь нырять в какой-то фейковый позитив: жизнь бывает всякая, иногда надо и «хлыста дать». Если мне плохо, я буду честно говорить, что мне плохо, а не натужно плясать польку.

 – Как ты пишешь тексты? Быстро и на эмоциях либо долго переписывая и вымеряя каждую фразу? 

– Точно первый вариант. Блин, я согласен, что у меня порой хреновые рифмы и жесткие квадраты, хоть на глаголы уже не рифмую – и то хорошо. Благо, словарный запас позволяет. Но просто понимаешь, когда тебя захватывает этот вайб и тебе хочется поскорее передать свою эмоцию, пока тебя не отпустило, на рифмы становится как-то немножечко, совсем чуть-чуть по*уй. Главное, чтобы это все не ускользнуло. Вот недавно написал новый трек. Про весну. Очень простой текст. Мне даже было стыдно раньше так просто писать. А потом я подумал: «Эй, чувак, да это же о*уенно!» Эта честность, легкость и наивность – то, чего иногда очень не хватает в современной музыке.

 

 

О «Nagchampa»

 – У тебя есть предположения, какие из треков с альбома должны стрельнуть? 

– «Хэй май гёрл». Как только мы записали этот трек, пацаны сказали, что это второй «Vi+ik». Хотя я так не считаю: «Хэй май гёрл» совершенно с другой эмоцией была написана. Она более осознанная в отличие от наивного и подросткового «Плюсика». Вообще этот «Vi+ik» успел сильно за*бать за это время. Я его даже стараюсь не исполнять на концертах теперь.

 

«Вообще этот “Vi+ik” успел сильно за*бать за это время»

 – Так, а еще фавориты есть? 

– «Разбитые» мне очень нравится. Это личная песня, про расставание с Виталиной и сопутствующий всему этому тотальный трэш. У нас с девушкой тогда был сложный период, хорошо, что мы со всем разобрались. Изначально этот трек должен был быть записан под невероятно грузящий бит, и это, наверное, была бы самая «веновскрывающая» песня за всю мою карьеру. Но потом все наладилось, я взглянул на проблему по-новому, поменял бит, и «господе, как же все плохо» тут же превратилось в «посмотри, какие мы с тобой были дураки». Мне кажется, от этого песня только выиграла. Еще трек «Завтра» – это вообще пи*дец… Это был как раз тот самый момент, когда я спросил себя: «А на*уя я это все делаю?» Была полная апатия из-за комплекса навалившихся проблем, и пропало желание жить. Хотя, нет, наверное, слишком громко сказано…

 – Когда в интернете начал хайпить мем про сына маминой подруги, я почему-то был уверен, что это из-за твоего трека. Объясни, как так вышло, что ты предугадал тренды MDK? 

– Трек «Сын подруги твоей мамы» был написан одним из первых и дофига раз исполнялся на концертах. Я понятия не имел, что однажды появится такой мем. А когда он вдруг появился, я понял, что нужно быстрее выкладывать песню, пока какой-нибудь Джарахов не написал что-то, чтобы хайпануть на тренде, и не испортил мне крутую песню. Мы ее выложили – и сполна поели говна, конечно: будто я ее сочинил по мему. Это было забавно. Разочарую хейтеров: песня почти в два раза старше всех этих картинок.

 

 

 

О #Turbakey

 – Я помню, как ты нервничал перед своим первым сольником. Просто ахтунг, ты весь бледный стоял в гримерке. Стало ли тебе со временем легче выступать на публике? 

– Не-а, чувак, до сих пор трясусь перед каждым концертом. Живот крутит, и вообще домой хочу. Причем не важно, сколько людей в зале, всегда одинаково страшно. Но прошедший тур убедил меня в том, что весь страх уходит, как только ты начинаешь читать первый трек. Как рукой снимает просто. Особенно если все хорошо отрепетировал и не за что переживать.

 – Кстати, как прошел твой дебютный тур по Беларуси? 

– Это пи*дец… Я сделал два вывода: во-первых, в областях меня знают не так хорошо, как в Минске. А во-вторых, люди в провинции жутко голодные до новой музыки. Ты приезжаешь и понимаешь, что у них вообще никакой движухи нет. Раз в полгода приедет какой-нибудь Мот – и все писаются от восторга. Поэтому этих людей нужно приручать и раскрепощать, потому что они вообще не понимали, как себя вести на концертах. Но обычно к концу выступления все уже врубались и качали дай боже!

Самый топ был в Барановичах и Гродно. По поддержке людей, по знанию текстов и отрыву. Там мы собрали где-то по 150 человек. Самый провальный – Гомель. Мы налажали с выбором помещения. Наш бар находился в здании кинотеатра, близко к зрительным залам, и когда мы еще только чекали звук, к нам подошел директор кинотеатра и мило попросил быть потише, иначе он «дернет рубильник и вырубит нахер все электричество». В итоге мы почти весь концерт отыграли на половине громкости. Конечно, это был полный провал, хотя люди поддерживали, как могли. К концу выступления мы все-таки забили на этого директора и рубанули на полную – вот тогда реально пошла жара! Это был чисто организационный промах.

«Я до сих пор трясусь перед каждым концертом. Живот крутит, и вообще домой хочу»

Если говорить про людей, то, не в обиду местным, Могилев – это полный трэшак. Чтобы ты понимал, на концертах мы исполняем где-то 25 песен. Могилев только на 18-й трек раздуплился и такой: «Аааа! Концееерт! Бакееей приехал! Тааак, качаем!»

Но в целом туром я доволен. Точнее, я доволен, что он состоялся, это важный опыт. Мы даже умудрились в плюс выйти. По двести баксов на человека. Кто-то в комментах писал, мол, Бакич поднял на туре две штуки баксов – ага, только без нолика в конце. Но зато было весело, особенно в дороге. Мы, конечно, временами чуть ли не дрались, но концерты нас всегда сплачивали и возвращали гармонию в наши, так сказать, отношения.

 – Покатавшись по стране, ты увидел много своих слушателей вживую. У тебя сложился какой-нибудь универсальный образ фаната Бакея? 

– Нет, приходит много разных людей, ты никогда не угадаешь. Бывает, иногда тебе пишет человек, типа: «Спасибо, Бакич, ты крутой», заходишь на его страницу, а он оказывается каким-нибудь летчиком. Но если по среднему возрасту брать, то это 16-20 лет примерно. В то же время иногда подходят люди с детьми, выражают респект. Не знаю, моя мама меня слушает.

 

Хейт и респект

 – Как относишься к хейтерам? Влияют ли они на тебя каким-то образом? 

– Нет, вообще никак. Понимаешь, я довольно долго пишу тексты и сам в состоянии понять, где я круто сделал, а где лох. Я не пойду записываться на студию, пока меня мелодически и текстуально не будет все устраивать. Так что ничье мнение мне тут не упало, я сам себе хозяин. Забавно наблюдать, как те же комментаторы The Flow постепенно ко мне привыкают и перестают хейтить. Теперь вот даже в один ряд с Murovei, ЛСП и Коржом ставят, когда о беларусских рэперах речь заходит. Громковатое сравнение, но приятно.

 – От кого прилетали самые внезапные хвалебные отзывы? 

– От Жары из «Песочных Людей». От Пики. Мы как-то выступали на одном фесте, чувак сошел со сцены и попросил у меня полотенце. Я даю, а он такой: «О, ты ж Бакей! Крутой клип на “Саранчу” вышел, ты молодец!» Пожали друг другу руки и разошлись. «Пасош» респектовали. У нас с Петей Мартичем рано или поздно выйдет что-нибудь совместное, я думаю. А, ну и от Хаски. Дима – простой и адекватный парень. Мы познакомились в Минске на их концерте, быстро сдружились, они у нас тусили, потом мы у них в Москве. Мы пообщались и поняли, что это обычные пацаны без всяких снобских замашек. Круто, что мы с Димой записали совместную песню, он отлично влился.

«Забавно наблюдать, как те же комментаторы The Flow постепенно ко мне привыкают и перестают хейтить»

 – Оглядываясь назад, как ты думаешь, почему же ты все-таки стрельнул? 

– Да х*й его знает. Может, потому что я искренний. У меня нет белых линз, зачесанных волос, и я не вру в своих песнях. Я замечаю, что с каждым годом становлюсь все более откровенным перед слушателем, и понимаю, что какой посыл ты заложишь – такой и передастся. Я рад, когда люди пишут, что мои треки им помогли. Грубо говоря, я «прохавал» некоторого говна за свою жизнь и могу теперь сказать: «Чувак, не делай этого – это плохо кончится, я проходил через эту хрень, поверь, тебе не понравится».

 – Что ты будешь делать в день, когда альбом выйдет? 

– Сяду и спокойно прослушаю его от начала до конца. Проанализирую, что сделал правильно, а где нужно было поднажать. Но я уже горжусь этим релизом. Он самый крутой из того, что я выпускал. И по звуку, и по лирике. На этом альбоме я научился не стесняться быть простым и говорить серьезные и сложные вещи обычным человеческим языком. Ведь это еще сложнее. Ты можешь придумать кучу витиеватых метафор и искусственно придать им смысл, чтобы все думали, что ты умный, ничего при этом не выкупая. А можешь просто и понятно сказать о сложной вещи – и люди о*уеют от того, что ты выразил такую глубокую мысль с помощью слов «рука», «нога» и «стол».  Сейчас отдохну чуток – и в новый тур. Там пока что ничего не понятно, но он точно будет. И он будет круче предыдущего, я надеюсь. Он точно будет круче предыдущего! Бакич привезет «Нагчампу» в каждый клуб, бар и буфет в кинотеатре, и на этот раз никакие директоры нас не остановят. Жди нас, повторяй тексты и учи друзей слэмиться, мой юный друг. Пау!

 

Фото: Таня Капитонова

КАМЕНТАРЫ (1)

Артурчик
Артурчик | 31.03.2018 10:37

видел я эту публику, которая голосит его песни. тупые, бухие и агрессивные малолетки, каких надо п***ть и пытать прослушиванием классики, что бы хоть какое-то зернышко сознания появилось в их пустых головах

Каментаваць


Dee Tree: новый беларусский соул

Dee Tree: новый беларусский соул

Выходцы из минской джем-группировки By Soulfam представляют новый проект.

Новые альбомы: J. Cole, Boulevard Depo и «Аигел»

Новые альбомы: J. Cole, Boulevard Depo и «Аигел»

Необычный коллаб Стинга и Шегги, бомба от «Аигел» и классический звук Thievery Corporation – подборка лучших релизов последних семи дней.

Can Dead Dance?

Can Dead Dance?

Пики популярности, неизданные записи и голограммы – разбираемся, что происходит с музыкантами после смерти.

Прэзентацыя кліпа: Nite Nite Nite – SFMO

Прэзентацыя кліпа: Nite Nite Nite – SFMO

Менскі сінтўэйв-бэнд выпускае дэбютны кліп са спакуслівымі танцамі віцебскага мастака Аляксея Літвіна.

Ад разбітага сэрца к сэрцу: фотарэпорт з «РСП»

Ад разбітага сэрца к сэрцу: фотарэпорт з «РСП»

Бэйба, даставай хутчэй руку са штаноў і глядзі фотарэпорт з канцэрта «Разбітага Сэрца Пацана».

Красавіцкі канцэрт «Петли Пристрастия»

Красавіцкі канцэрт «Петли Пристрастия»

Не зарасце народная сцежка да стэйдждайвінгу – вялікі фотарэпорт з канцэрта менскіх постпанкаў.

Леша Горбаш: открытое интервью с редактором The Flow

Леша Горбаш: открытое интервью с редактором The Flow

Редактор The Flow – о музыке для школьников, новой девушке журнала и о том, как подкатить к Diplo.

Новые альбомы: Breaking Benjamin, Tinashe, Mouse on Mars и µ-ZIQ

Новые альбомы: Breaking Benjamin, Tinashe, Mouse on Mars и µ-ZIQ

Эклектичный бюллетень с 13 лучшими лонгплеями этой недели.

Как отыграть концерт за рубежом?

Как отыграть концерт за рубежом?

Тезисный план о том, как беларусским артистам выйти на рынки Европы, США, России и Украины.