Монстры Носорогова

 

Искренность is the new black. Рок-комета Михей Носорогов и режиссер Андрей Островский судачат про новый клип «Дорогая, я везу к тебе своих монстров» и попутно выясняют, что такое гиперсубъективный ахтунг изнутри.

 

 

«Вам понравилось новое видео? Если нет, то нет и смысла разговаривать», – встречает нас Михей. К счастью, клип мы заценили. Тексту песни чуть больше десяти лет. И это true story. Когда-то Носорогов ехал из Новополоцка в Минск к своей любимой женщине и фиксировал: две пачки сигарет, ровно триста шагов до метро, одна пересадка – такое настоящее road movie. Но только в этом году собралась группа музыкантов, которая записала песню так, чтобы удовлетворило всех. Причем записала живьем – это настоящий live. Песня из нового альбома «Дыра», в котором не будет ни капли зла, ни единого мата, только лирика. Он станет вторым номером в альбомной трилогии: уже есть «Друг», потом будет еще «Замес». «Дыра» выйдет на лейбле SunWoofer в ночь с 13 на 14 апреля. В альбоме эта песня называется «К тебе», но клип выходит под названием «Дорогая, я везу к тебе своих монстров». Режиссер – Андрей Островский из doctape media.

 

 

 

Михей: По образованию я художник и немного умею создавать видеоряд. Я думал: «Это песня с ночным ощущением, но снимать ночью будет проблематично. Может спасти инверсия». Но банальный негатив не сработает, потому что нужна визуальная диверсия. Я позвал Андрея – он тогда тоже жил на Каменной Горке, – обозначил ему идею, и мы сняли эскиз прямо у меня на кухне. Сняли один образ главного героя, поняли, что это как-то тухло, нет никакой драматургии, – разработали еще несколько образов. В основном снимали у меня на кухне. Несколько кадров сделали на улице и в подъезде. В общей сложности съемки заняли часов десять.

Андрей: Мы снимали в три приема, если не считать моего блуждания по городу. Дорогу я намеренно снимал в пьяном состоянии, чтобы кадры получались плавающими. Когда пробовал пародировать трезвым – не получалось. Даже совпало так, что я снимал в то время, когда дождь превращался в снег, – совсем как в песне.

Михей: Все получилось отлично, потому что Андрей технически очень подкован. Я задавал ему вопросы типа «А можно так снять?» – на что он отвечал: «Да как нех*й». Мне хотелось, чтобы по видеоряду было понятно, что это полный DIY, сделанный на коленке. Но не получилось: Андрей сделал слишком крутой постпродакшн.

Андрей: Мне показалось, что так будет правильно.

Михей: Важный момент: где заканчиваюсь я и где начинается Андрей. Я отвечал исключительно за визуал, придумал концепцию и разрисовал себя и музыкантов. С образами баяниста Валентиныча и басиста Саши Верного все было просто: они сами по себе эффектные ребята. На этом мое участие в создании ролика закончилось, дальше за дело взялся Островский. Я устал за все отвечать сам и всюду совать свой нос, поэтому с радостью делегировал режиссуру Андрею. Но на самом деле я просто очень надоел сам себе.

Андрей: При съемках бывает «работа-работа», а тут по ощущениям было настоящее творчество. Очень помогала моя жена Катя: когда я понимал, что уже ничего не понимаю, она смотрела на таймлайн и давала дельные советы. Я слушался – и действительно получалось гладко.

Михей: Процесс монтажа затянулся, потому что шедевры не финансируются. И в какой-то момент я даже хотел сдаться, но Андрей говорил: «Нет, мы это сделаем. И вообще, я уже еду к тебе». По жизни я спринтер: могу быстро бегать и эффектно драться, но недолго. Все эти марафоны не для меня.

Андрей: Мы хотели выпустить до Нового года, потом – к 14 февраля, затем – к 8 марта… Но решили, что нужно делать хорошо, а не быстро.

 

 

 

Михей: Раньше я все время жил результатом и поэтому был несчастным. Это была некая беготня от одного чекпоинта к другому: я не ощущал радости, но находился в какой-то еб*ной гонке с самим собой. В 40 лет я себе сказал: «Харэ, чувак, давай будем просто балдеть от процесса». И вот создание этого клипа превратилось для меня в сплошное удовольствие, хотя Островский, наверно, кряхтел от напряжения, потому что он еще молодой и не избавился от перфекционизма – раковой опухоли творческого деятеля.

Андрей: Ну какой я молодой? Только на 7 лет младше тебя.

Михей: В 7 лет я выкурил первую сигарету, а ты еще только маму раздвинул. Ладно, вернемся к клипу. Эта работа ценна тем, что два раза на такой фишке не проедешь. Она слишком яркая для того, чтобы ее повторять. Знаешь, Полунин говорил: «Работай с теми, кого хочется обнять». Да я бы совокупился со всей своей командой! Еще мы поняли, в каком стиле работаем: это гонзо-поп. Гонзо – это гиперсубъективный ахтунг изнутри, а поп – потому что мы пользуемся классическими популярными ходами. То есть это пи*дзец прямо вам в лицо. Однажды про это напишут в Википедии.

 

 

 

Михей Носорогов – вокал, гитара, укулеле
Андрон Валентиныч – баян
Александр Верный – бас
Андрей Черноокий – ударные
Сергей Афанасенко – звук

«Носорогов и !ХОП!»    doctape media

 

 

P.S. Залетай на концерт Носорогова и Валентиныча в Beer&Wine в этот четверг, 23 марта. Инфу смотри тут.

P.S. Посмотри еще один клипец, который снимал Андрей для минского рок-бэнда The Glitchhh, альбом которого выйдет уже на этой неделе на «Першаке».

 


КАМЕНТАРЫ (0)

КАМЕНТАВАЦЬ