«К нам ходят не школьники». Чем живут минские рэп-баттлы?

Честный разговор о беларусском баттл-рэпе, его аудитории и мрачном будущем.

 

В октябре 2016 года в Минске запустился Minsk Independent Battle – первая заметная баттл-площадка в Беларуси. Все начиналось перспективно: интерес минчан, отдельные удачные баттлы в рамках «Арены» (так называется их регулярный турнир), несколько удачных привозов и переезд на ключевую площадку города – клуб Re:Public.

Но к концу 2018 вдруг неожиданно оказалось, что баттлы почти никому не нужны. Я хожу судить большую часть из них, и особо показательны последние два ивента. Первый – последний в рамках группового этапа – проходил без камер и скорее напоминал уютный квартирник, а не важное для рэп-культуры событие. Второй – полуфинальные баттлы – уже снимали, но ощущение междусобойчика по-прежнему оставалось. В зале были исключительно организаторы, участники, судьи и их друзья. Для сравнения: на прошлогодний финал в Re:Public пришло больше 400 человек.

Мы встретились с Костей Баяндиным – ведущим и одним из организаторов MIB – и поговорили с ним о том, как баттл-рэп вдруг превратился из массового помешательства в тусовку для своих.

 

 

«Мы поняли, что целиком забили “Или”»

 

– Как пришла идея заниматься организацией баттлов?

– Как только появился Versus, в школах стали организовывать локальные баттлы. А я учился в лицее БГУ, там была своя закрытая движуха: 6 человек, из которых 4 судьи и 2 участника, которые все время менялись между собой. Не было ни камер, ни зрителей. Этим занималась группа 11-классников, их в шутку называли «Бандиты», а среди них был парень с кличкой «Царь». И я в какой-то момент влился в их тусовку. Сперва просто смотрел, а потом сам решил поучаствовать. Это был первый баттл, который мы проафишировали в лицее. И туда пришло примерно 100 человек.

– Откуда столько людей для внутреннего мероприятия?

– Я на тот момент был достаточно популярным в лицее, еще в баттле участвовал 11-классник, который был моей версией, но на год старше. А против нас баттлили спортсмен и еще один хайповый чувак. И все подумали: «О, шутки-самосмейки, класс!» Мы проиграли 5-0, потому что я и сам не особый баттловик, а мой напарник вообще попросил написать ему текст. И после этого мы взялись за организацию баттлов в лицее. Занимались этим несколько лет, в том числе и после поступления в университеты. А потом начались проблемы с администрацией: «У вас там мат» и так далее.

И ко мне обратился Влад Козыра: «Хочу делать что-то масштабнее, лицей мы переросли. Давай ты будешь ведущим». Я согласился. Летом стали все продумывать, Влад придумал первое название: Independent University Duel. Мне показалось, что это странно, зачем замыкаться на студентах? Решили разогнаться на масштаб города, я придумал Minsk Independent Battle. Сделал первый логотип: нашел в интернете заготовку со щитом и когтями, взял ужасный шрифт с отсылкой к греческой мифологии, вставил туда микрофон. Полный шлак. Но этот логотип пару месяцев провисел на обложке группы. Потом оператор, который работал с нами, пока не ушел в армию, предложил бесплатно сделать нам логотип из своих неиспользованных работ. Так появился нынешний. У нас спрашивают: «Зачем там лев?» Потому что мы так хотим.

«Рекорд по людям был как раз там на финале сезона – 430 человек»

– Как прошел первый ивент?

– Мы взяли группу лицейского баттла, переименовали ее и объяснили, что теперь будет происходить. Почти никто не отписался, всем было интересно. Ивент был закрытым, мы пускали только знакомых. Он проходил в CoffeeLab около нархоза, потому что там учится Влад и он все организовал. Мы договорились провести там мероприятие за бар. Они сделали кассу на месяц вперед. Пришло человек 130. Потом был пост на «Как тут жить». Пусть и негативный, но после этого пришло много людей.

– Какой был бюджет?

– Ноль, денег не было вообще. У нас не было никакого оборудования. Взяли с Владом у общей знакомой два прожектора. Они палили так сильно, что всем моментально стало жарко. Хорошо, что снимали только один баттл. Еще в день съемки слетел оператор. Я позвонил знакомому, работавшему в БГУ. Я до этого рассказывал ему про нашу идею с баттлами, а он считал их полным говном. Но в итоге он согласился приехать и снять все бесплатно, потому что он за движ. И до сих пор снимает и монтирует все видосы.

 

 

– Первый баттл с платным входом вы проводили в «Или». И я удивился, когда увидел там реально много людей. Вы отбились?
 
– Вышли в незначительный плюс. Нам повезло с операторами: они работали почти бесплатно. Фотограф сам написал на почту, оказалось, что у него был свет – в итоге мы не тратились и на него. С арендой у нас было два варианта: либо фиксированная в 300 рублей, либо 30% от билетов и 200 рублей – не помню, как было точно. Мы боялись, что не отобьемся. Билет стоил 5 рублей. А в итоге примерно ровно отбились, всем заплатили. Что-то взяли себе, но по минимуму. Все вкидывали в организацию дальнейших ивентов.

Следующим как раз был первый ивент турнира – и мы поняли, что целиком забили «Или». Поставили паллеты, а людям все равно не видно. И начали искать другую площадку, после чего у нас был неудачный опыт с арт-пространством «Калибр».

Пару раз мы выходили в минус, но в итоге отбивались, потому что спонсорские выплаты нам приходят уже после ивентов – и за их счет все получалось.

– Потом вы переехали в Re:Public. Как это получилось?

– Мне позвонил Егор Kipah. А я стою на кухне, при этом готовить я не умею, у меня ничего не получается. Из-за этого звонка у меня все сгорело: «Привет, это Kipah, я слышал, вы ищете новую площадку. У меня есть малышка, которая работает в Re:Public». Он говорил про 20% от билетов, какие-то минимальные деньги. И через 10 минут мне звонит Настя Черепанова: «Привет, так и так, мы не против. Это будут не те суммы, о которых вы слышали, но решите все с руководством уже». Если нужно что-то организовать в Re:Public, сейчас звоню Старцеву-старшему.

«Мы не хотели работать с букмекерскими конторами – даже консультировались с юристом»

Обычно я из принципа на все интервью и собеседования одеваюсь как рэпер. А тут я подумал: надо не вы*бываться, а серьезно сходить, Re:Public же. И нам назвали сумму, которую мы могли потянуть. Естественно, мы сразу же начали делать ивенты в Re:Public. Рекорд по людям был как раз там на финале сезона – 430 человек. Билет тогда стоил 8 или 10 рублей. Мы нормально окупились, но много денег вкинули в само мероприятие.

А потом начался спад, мы поняли, что перестаем вывозить Re:Public по количеству людей. Плюс, если делать баттлы под биты и арендовать звук, все выходит в два с половиной раза дороже. В тот момент на нас вышел «Купаж» – и мы переехали туда.

– А зачем им это? Вряд ли ваша аудитория оставляет хороший бар.

– На самом деле клубу Re:Public было интересно в том числе и за счет выручки с бара. Люди покупают. При всем моем удивлении, к нам ходят не школьники. Это студенты и люди постарше. И хотя бы на пивасик у них деньги есть. Так что на баре мы приносим нормальные деньги.

 

 

«В итоге попали на бабло, даже одалживал у родителей, чтобы оплатить все на месте»

«Есть вещи, с которыми не хочется себя связывать»

 

– Как продать себя спонсорам?

– Когда у нас только появился турнир, поняли, что нужно искать спонсоров. И буквально на следующий день на почту приходит целая презентация от энергетического напитка Gorilla. У нас вообще никакого опыта в плане переговоров. Единственное, что мы обговорили с Козырой: не рекламировать то, чем мы бы сами не пользовались. Из разряда всемайки.ру – и это еще неплохо. Есть вещи, с которыми не хочется себя связывать. На тот момент мы не хотели работать с букмекерскими конторами – даже консультировались с юристом. В итоге встретились с директором по маркетингу Gorilla. Он на листике нам написал, чего они хотят. Навязал определенные условия, потому что мы не умели торговаться. Условно, на всех видосах есть водяной знак Gorilla. В итоге обо всем договорились, согласовали по стоимости. Так появился первый спонсор.

После первого сезона мы поняли, что надо искать кого-то еще. Сделали в тильде сайт-презентацию: кто мы, что сделали, какие цифры, с кем работали, кто о нас писал. И так далее. Я рассылал это по разным банкам, еще куда-то. А в итоге на следующий день мне звонят из Sigaret.net. И мы прямо по телефону все согласовали. Потом приехал все уточнять к ним в офис, а там огромный двухметровый мужик по имени Роман с очень добрым лицом. Так появился второй спонсор.

В плане партнеров на первом ивенте мы получили кроссовки от магазина Sneakerhead. И он точно получил от нас аудиторию. Также с нами сотрудничал бренд TimeX, который давал сертификаты на одежду. Еще были «Простые вещи» на самом первом ивенте. Мы соглашались на все подряд, а потом уже поняли, что это что-то не то. Сейчас мы работаем с брендом одежды Outkast. И plum gun magazine – местные реселлеры, которые возят Supreme и так далее. По сути, это themarket в Беларуси, многие сейчас переходят на них.

 

 

Цифры, деньги, панчи

 

– Ваш самый просматриваемый и худший баттлы.

– Самый успешный – Эмио против Аббалбиска, 105 тысяч просмотров. Худший – один из баттлов второго сезона, там что-то в районе 750 просмотров.

– Если говорить о первом сезоне, что считали хорошим результатом для ролика?

– 10 тысяч. Они столько и собирали. Если вдруг баттл набирал меньше 5 тысяч, мы наезжали на чуваков: «Почему вы так плохо баттлитесь?»

– Что вам приносит YouTube?

– Вообще ничего. У меня есть карточка специально под это дело, но я ни разу ее не проверял. Как только мы задумались о монетизации, на нас вышел MediaCubeNetwork, решили работать с ними. Но у них такие условия: деньги приходят к тебе на счет, только если за месяц набирается больше определенной, чисто символической, суммы. Ее часть они берут себе, остальное тебе. А у нас и такого не будет. Реальный доход от просмотров может получать только канал-миллионник.

«Чуваки на серьезных щах обсуждают “обзывашки” – это п*здец»

– Окей, сколько нужно просмотров, чтобы на карточку упало 100 баксов?

– Много. Думаю, несколько миллионов. Если видос будет хорошим и его будут разбирать на мемы, как это было с Аббалбиском и Lastend, где сделали отдельный ролик «Арабский флоу», набравший 100 тысяч. Мы глупо поступили, когда не подключали их к себе. Это наш контент, и если видео-первоисточник разорвут на 10 роликов, каждый из которых соберет по 100 тысяч, – вот это уже могло бы принести нам 100 долларов. Но мне, видимо, было немного лень этим заниматься.

– Как думаешь, сколько на этой карточке будет сейчас?

– Рублей 20, не больше. Те же блогеры не зарабатывают с просмотров, они получают с рекламы. Плюс количество денег зависит от рекламных роликов, которые люди смотрят перед началом видео. А это уже случайный процесс.

 

 

«Я согласен с тем, что баттлы – все»

«Есть разные мысли. От закрытия до переформирования»

 

– Когда поняли, что все плохо?

– Когда в июле сделали ивент «Арены», а туда пришло 100 человек, включая плюсы. Мы поняли, что все разъехались. В итоге попали на бабло, даже одалживал у родителей, чтобы оплатить все на месте. Это был самый всратый ивент.

Ко второму ивенту второго сезона мы уже поняли, что люди смотрят только баттлы под биты. Разница между обычными баттлами и BPM доходила до трех раз: тут косарь, а тут – три. Первое, что мы предприняли, – совместные ивенты, где одновременно и биты, и нет. Но было сложно, потому что отстоять шесть баттлов подряд – трудно.

Сыпаться все стало к середине этого сезона, во второй половине 2017 года. В том числе поэтому третий круг мы решили не снимать. Показательно, что никто нас не спросил, почему мы не выпустили эти баттлы на видео. А участники – ну, они же и сами виноваты в этом. Когда приходят на баттлы бухие и читают текст с бокала пива, пусть это и выглядит шедеврально.

– Уже думали, что делать дальше?

– Были разные мысли. От закрытия до переформирования. Допускаем, что можно оставить турнир под биты. Думаю, третьего сезона «Арены» не будет. Это нерентабельно для нас. Лучше увеличим призовой фонд на битах. Но там проблема в том, что мы не знаем, будет ли достаточно крутых заявок. Сейчас еще думаем над новым форматом: рэпер + битмейкер. Но там много вопросов: как организовать, как судить? Но уклон в любом случае будет в музыку.

– Почему все загнулось?

– Так это же понятно. Всех задолбали баттлы. Я не смотрю Versus. Посмотрел два отбора с нового Fresh Blood. И так делают многие люди. Их круглые столы – это прикольно, с одной стороны. А с другой – там чуваки на серьезных щах обсуждают «обзывашки» – это п*здец. Люди слишком серьезно ко всему относятся.

И у Versus тоже падают просмотры. При пятимиллионной аудитории канала набирать на видео миллион – это не очень круто. Я согласен с тем, что баттлы – все. Но я по-прежнему за движ. Может, сейчас стрельнут фристайл-баттлы. Может, придумают какой-то новый формат. От нынешнего все очевидно устали. Это как смотреть шестой сезон «вДудя» – одно и то же новыми словами.

– Все панчи уже придумали?

– Не все. Но если копаться и искать, в нынешних баттлах можно найти многое из того, что уже было использовано раньше.

– Ты не перегорел?

– Мы всегда понимали, что это локальный движ и мы не будем на нем зарабатывать. Понимали, что мы не мегаорганизаторы с именем. Все же начиналось с нуля. А если это не приносит тебе удовольствия, то зачем? Мне будет интересно, если появится новая идея, которая зайдет.

Фото: Таня Капитонова, официальный паблик Minsk Independent Battle VK

КОММЕНТАРИИ (0)

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ