Сбор «Макулатуры»

Мы связались с кемеровскими псами – Евгением Алехиным и Константином Сперанским – и поговорили про их длительные туры-марафоны, современную литературу и гопников с района, которые становятся веганами.

 

Про последнее

– За три недели марта вы «прочесали» почти два десятка городов. Как чувствуете себя на финишной прямой?

Женя: Приболел немного, но в целом нормально. Столько замечательных людей встретили, столько концертов дали – поделились своей горечью с этим миром.

– Откуда черпаете столько сил?

Женя: Силы черпаем из физических туловищ. Планирую за выходные вылечиться, чтобы продолжить триумфальное путешествие по миру «репа» [именно на таком произношении настаивают музыканты. – 34mag].  

– Костя, ты совсем недавно дебютировал как писатель. О чем твоя книга?

Костя: Не знаю, про любовь.

Женя: Про любовь к бабе. Про межполовую любовь.

– Как вообще расходятся ваши книги?

Женя: Расходятся довольно-таки неплохо. Вчера продали 40 экземпляров Костиной книги и примерно столько же моих. Их покупают, нам удается на эти деньги печатать новые книги. Так все и вертится, так малый бизнес и работает [у ребят свое книжное издательство «Ил-music». – 34mag]. Мечта превращается в рутину.

 

 

– В каждый город вы привозили какой-то мерч. Привезете что-нибудь в Минск?

Женя: Боюсь, что мерча не будет. Поскольку мы едем через Украину, а туда ввозить ничего нельзя – иначе нас не пустят. Как-нибудь в следующий раз, а то у нас целая куча книг лежит.

– Если сравнивать все предыдущее творчество «Макулатуры», ваш новый альбом «Пляж» кажется самым мелодичным, лиричным даже. Как его восприняли слушатели?

Женя: Хорошо. Я заметил на концертах, что «Пляж» – любимый альбом у публики, как и у нас. Насколько он любимый, настолько же он и ненавистный. Поскольку довольно-таки тяжело это все читать перед людьми. Было время, когда я думал, что не буду это читать. А потом решил, что пусть это даже меня убьет, но я буду с этим выступать. Как сказал Сынок [Костя. – 34mag], это такой огонь, к которому он тянулся всю жизнь, чтобы он его сжег. Так и случилось. Любовь – такая же ху*ня. Либо ты становишься лицемером, либо она тебя сжигает, либо ты переодеваешь ее, как носки, либо лишаешься рассудка, лишаешься опоры в жизни. Все это и произошло, когда мы записали альбом «Пляж».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Про литературу

– Что, на ваш взгляд, происходит с современной литературой?

Женя: Никому на*уй она не нужна. Я думаю, что наши книжки покупают вообще не из-за содержания, а потому что это такой атрибут – ты побывал на концерте. Нам повезло, что наше издательство стало популярным, но это только потому, что у нас есть «реп»-группа и сколько-то тысяч человек ее слушает. Так эти книжки никто бы не покупал. В книжном магазине работает один наш друг и говорит, что наши читатели покупают только наши книжки, а на остальные даже не смотрят. Скорее всего, все остальное люди читают в электронном виде. А наши только из-за группы покупают, чтобы была какая-то память об этой уходящей молодости.

– Что вас в целом подталкивает к писательству?

Женя: Все подталкивает. И ничего. Собственный опыт и прочитанные книги. Прочитанные книги – это, по сути, тоже опыт, тоже прожитая жизнь. Как говорил Уэльбек: «Собственную жизнь со временем ты помнишь не лучше, чем прочитанный роман». На самом деле даже хуже. И действительно, какие-то любимые книги я помню лучше, чем свою жизнь. Наверное, они имеют огромное влияние на творчество.

– Например?

Женя: Две наиболее повлиявшие на то, что я пишу, – это «Возможность острова» Уэльбека и «Чапаев и Пустота» Пелевина. Я их перечитывал огромное количество раз и пытался понять, как они написаны, и все свои методы почерпнул именно оттуда. Конечно, помимо этого была еще тысяча книг, все их не перечислить, но именно эти книги стали частью меня.

Костя: У меня это, наверное, «Дневник неудачника» Лимонова, а из последнего – «Благоволительницы» Литтелла. Ну и хватит.

 

 

– А кого из литературных современников выделите?

Костя: Да никого не надо выделять.

Женя: Современная литература – это такое болото. Зачем кого-то выделять? Все станет понятно только по прошествии лет. Вообще, поскольку информации сейчас слишком много и она доступна любому трехлетнему ребенку, то и книги утратили какую-то ценность. Почему я в первую очередь занимаюсь «репом», а не прозой? Потому что мне кажется, что у музыки, кроме информационного, есть еще и телесное измерение. То есть одновременно находится и во времени, и в пространстве. «Реп» еще на тебя и как-то физически действует. Все зависит от тембра. И музыка, как мне кажется, главнее слов. Поэтому я думаю, что литература нужна больше тому, кто ее пишет, а не тому, кто ее читает. Сейчас предложение превышает спрос, я вам как издатель говорю. Но, может, я и не прав. Всегда есть такие отморозки, как Сынок, которые покупают кучу книг.

Костя: Но я их не читаю. (Смеется.)

– Не верю! В фильме «Внутренний реп» (неигровой фильм Маргариты Захаровой о группе. – 34mag) ты только и делаешь, что читаешь между концертами.

Костя: У меня куча книг – огромная библиотека. Наверное, треть из нее я прочел. Последние три книги я скачал из интернета: мне захотелось прочитать именно те книги, которых у меня нет. Александр Иванов [руководитель московского издательства Ad Marginem. –34mag] говорил, что мы не выбираем книги или женщин – мы выбираем только майонез. Ты не понимаешь, как найдет тебя книга и что именно эту книгу нужно прочесть. Как-то мне было нехорошо, и я вдруг сам потянулся к книге «Ужасные дети» Жана Кокто и просто въ**ал ее за один присест. И это было то, что нужно. Хотя она лежала вообще в другой комнате, в другом шкафу – и что-то меня туда направило взять именно ее.

 

 

 

 

 

 

Про здоровье

– В последние годы в Беларуси открывается много веганских кафешек, люди активно пересаживаются на велики и в целом приходит понимание того, что зеленый образ жизни – это круто. Что вы думаете на этот счет?
 
Женя:
В последнее время нам это тоже удается. Например, в Екатеринбурге нас накормили веганской бастурмой. В Нижнем Новгороде мы поели в хорошем заведении нутовый суп. Даже во Владимире мы поели в веганском заведении с огромным удовольствием. Повсюду открываются веганские заведения. Такая зараза, как веганство, становится уже уделом не только таких отмороженных дурачков, как мы, но и многие гопнички с районов становятся веганами. Значит, есть какие-то позитивные тенденции.

– Часто слышу, что это проходящая мода, как вейп или подкатанные штанины.

Женя: Мне кажется, что это уже не мода. Это лет пять назад было модно повеганить, а потом бросить. Сейчас уже более осознанно люди к этому подходят: научились готовить по веге, есть по веге. Если лет пять назад человек решал стать веганом, ел одни макароны с кетчупом и думал: «Чего это у меня желудок болит?», «Чего это я прыщами покрываюсь?», то сейчас уже везде можно достать продукты с сейтаном, тофу и фалафель.

 

 

 

«Лет пять назад человек решал стать веганом, ел одни макароны с кетчупом и думал: “Чего это у меня желудок болит?”»

 

 

– В общем, в туре вы особо не голодаете?

Женя: Благодаря этому парню (обращаясь к Косте) я ем даже больше, чем нужно. Когда в течение 3-х часов в его желудок ничего не попадает, он начинает скулить и искать еду. Поэтому за компанию мне тоже приходится есть чаще. У меня уже и харя округлилась. Костя привык постоянно спортом заниматься [боксом. – 34mag], и туловище его вечно требует еды.

– В туре получается физухой заниматься?

Костя: Вообще не получается. Получается только бухать. (Смеется.)

– А на сцену вы как выходите? Бывают трезвые концерты?

Костя: Трезвые концерты – это не интересно, это уже работа. А когда ты пьяный на концерте, то это превращается в некое переживание. Помогает войти в панк-рок и экстаз. Это наш девиз. (Смеются.)

 

 

 

 

 

 

 

Про другие проекты

– В каком состоянии сейчас ваши другие проекты? Что с «Ночными грузчиками», со «Шляпой Шаляпина»?

Женя: Проект «Ночные грузчики», я думаю, завершен. Он дошел до своего художественного конца. Возможно, если мы объединимся через 20 лет с Михаилом Енотовым [Жениным соратником в «Ночных грузчиках». – 34mag], то сделаем какую-нибудь ху*ту вроде «Трейнспоттинга-2». Проект «Шляпа Шаляпина» пока впал в кому, поскольку так юморить сейчас мы не в состоянии. Жизнь наша слишком нелепа и полна горечи, тяжело ко всему относиться с юмором и выдавать такие юморески. У нас все больше пафосно-лирическое творчество получается в последнее время. Но ничего предугадать нельзя. Может, через полгода мы снова станем балагурить, станем кавээнщиками и запишем новый альбом.

– Полтора года назад вы покусились на кинематограф и запустили биографический сериал «Русский лес» о писательской жизни. Почему дальше одной серии не пошло?

Женя: Потому что у меня не хватило сил на это. И денег. Мои ресурсы совершенно исчерпались, пока я делал первую серию совершенно без денег, искал их, собирал. Хочется, конечно, вернуться к чему-то подобному, сделать хотя бы для начала полный метр, но кино – это одно из самых сложных дел на планете. Тем более для того, чтобы снять хорошее кино, нужно для начала сделать кучу дерьмового кино. В общем, пока я не дорос до этого. Может, когда-нибудь возьмусь.

 

 

 

Пра Беларусь

– Раз в год вы стабильно приезжаете в Минск. Какой для вас этот город?

Женя: Большой город, в котором можно выступить и заработать немного денег на жизнь.

– А слышали про «Декрет №3»?

Женя: Это у вас там? Да, это прискорбно. Этим документом нужно *опу подтереть.

Костя: Если бы у нас издали такой закон, то был бы полный п*здец. Не знаю, можно ли говорить за другую страну, но, конечно, это дерьмо полное.

Женя: У вашего президента какие-то сложные схемы. Мне кажется, он вас так закаляет, у него такое чувство юмора, так он пытается выковать из вас настоящих воинов. Я заметил, что беларусы самые жесткие во всем: если начинают забиваться татухами, то забивают себя полностью; если начинают юзать наркоту, то так, чтобы уничтожить себя на*уй; если отрываются на концерте, то с полной отдачей; если занимаются межполовой еб*ей, то строго без гандона. Я люблю Беларусь.

«Я заметил, что беларусы самые жесткие во всем»

– Беларусь вас тоже любит и ждет. Есть планы на следующий год? Чего ждать фанам «Макулатуры»?

Женя: Не знаю. Пока пытаемся разобраться со своими психическими недугами. Как только немного поправим психику, возьмемся за творчество. А, может, и посредством творчества справимся с ними. В общем, тяжелый выдался у нас последний годик. Но если получится, то мы, конечно, сделаем новый материал. Просто беда в том, что он должен быть пи*датее предыдущего.

Костя: Или другой вообще.

Женя: Да. Поэтому нужно как-то подготовиться, прожить какой-то новый опыт. Прочитаю не читанного мной Льва Толстого – может, там найду ответ, каким должен быть «реп».

Чего ждать посетителям минского концерта?

Женя: Дорогие еб*тые друзья. Мы выступим перед вами 24 марта в клубе «ili». Постараемся получить удовольствие от процесса. И вы приходите и получите удовольствие от этого действа, от этого шаманского танца, от этого винного процесса воссоединения нас и вас.  

Костя: Подписываюсь.

 

 

 

Координаты «Макулатуры»

VK   Instagram  «Яндекс.Музыка»  Издательство «Ил-music»

Фото взяты с официальной страницы группы

 


КАМЕНТАРЫ (0)

КАМЕНТАВАЦЬ