Как новые законы изменят жизнь СМИ в Беларуси?

Все, что можно трактовать против журналиста, будет трактоваться против журналиста – таково краткое резюме всех изменений, которых ждет наше законодательство. Подробности – в конспекте тематического вебинара Олега Агеева, который медиаюрист провел специально для Беларусской ассоциации журналистов (БАЖ).

 

В прошлому году многие действия госорганов в отношении редакций и журналистов можно было назвать нелегитимными, но теперь, похоже, такую практику решили узаконить. Документы, о которых пойдет речь, уже приняты и одобрены обеими палатами парламента. Сейчас они проходят следующие юридические процедуры и вступят в силу после официального опубликования.

 

 Олег Агеев 

медиаюрист и заместитель председателя БАЖ

 

Закон «О СМИ»

  Ужесточаются условия работы иностранных СМИ. Расширен перечень лиц, которым запрещено учреждать иноСМИ, введены основания для отклонения регистрации и перерегистрации, установлены основания для отказа в распространении иноСМИ.

  Обновляется список обязанностей редакций СМИ, в том числе владельцев интернет-ресурсов и сетевых изданий, расширяются требования к должности главного редактора.

  При распространении информации из других источников нужно давать гиперссылки.

Такая обязанность была и ранее, но она регулировалась законодательством об авторских правах. В законе о СМИ ее прописали, видимо, для того чтобы не допускать репостинга из telegram-каналов, признанных экстремистскими. Теперь если указываешь ссылку на такой канал – получаешь штраф «за экстремизм». Не указываешь – нарушаешь Закон «О СМИ».

Свежий кейс: издание Hrodno.life получило штраф 12 325 рублей за распространение запрещенной информации, хотя на момент, когда была размещена ссылка, тот telegram-канал экстремистским еще не признали.

  Журналистов теперь можно преследовать по самым разным причинам: вводится запрет на сокрытие или фальсификацию информации, на распространение недостоверной информации, на сбор информации не для СМИ, в котором работаешь, на дискредитацию по признакам пола, возраста, расовой или национальной принадлежности, языка, отношения к религии, профессии, места жительства, а также в связи с политическими убеждениями.

Пункт про информацию для других СМИ предположительно нужен для того, чтобы бороться с работниками госСМИ, которые совмещают работу в независимых медиа.

  Определены основания для лишения журналиста аккредитации, как то: если нарушен порядок аккредитации, распространены сведения, не соответствующие действительности, совершены противоправные действия.

Когда осенью МИД забирал аккреды у иностранных журналистов, такой процедуры не существовало, и ее можно было называть незаконной. Теперь все легализовано. Сами же основания для лишения довольно размытые. Кажется, теперь журналиста можно «разаккредитовать» даже за безбилетный проезд. Ведь это тоже незаконно.

  Расширяется перечень информации, распространение которой запрещено. Теперь он включает опросы общественного мнения.

Возможно, не последнюю роль здесь сыграл известный мем по результатам предвыборного соцопроса. Милиция и раньше пыталась задерживать журналистов за интервью на улице: были попытки привлечь сотрудников СМИ к ответственности за нарушение порядка проведения соцопросов. Ведь их может проводить только организация с лицензией. Кстати, когда такое дело рассматривалось в Бобруйске, юристам удалось получить ответ Академии наук, и ученые объяснили, что соцопрос и интервью на улицах – разные вещи. Но это может быть понятно не всем.

  Расширяется перечень оснований для вынесения предупреждений Министерством информации в адрес СМИ.

  Изменяется процедура прекращения выхода СМИ. Мининформ теперь сам может выносить решение без суда. Кроме того, расширяется перечень лиц, которые могут заблокировать доступ к онлайн-ресурсу (добавили прокуратуру), и, соответственно, меняется процедура возобновления доступа.

Процедура прекращения выхода СМИ и раньше вызывала много вопросов, а теперь стала вовсе непрозрачной. По сути, чиновники Мининформа, сидя у себя в кабинете, могут самолично совершать юридические убийства редакций.

Когда осенью блокировали сайты, часть кейсов была явно неправомерной, потому что доступ закрывали органы, которые не были уполномочены на такую процедуру. Сейчас же любой прокурор может прекратить доступ к онлайн-ресурсу, и это будет законно.

 

Закон «Об органах внутренних дел»

  Маленькое, но важное дополнение в ст. 25 «Права сотрудников органов внутренних дел»»: каждый милиционер теперь имеет право запрещать гражданам вести видео-, фото- и киносъемку. Аудиозапись, правда, пока нет.

В конституции и в международном праве закреплено, что такие запреты может вводить только закон. Но в Беларуси это разрешили любому милиционеру. Изменение легко может коснуться любого человека, например, при съемке в суде.

 

Закон «О массовых мероприятиях»

  В ст. 11 вводится запрет на освещение массовых мероприятий, которые еще не получили разрешения от государственных органов.

Если раньше задерживать журналистов и приравнивать их к участникам массового мероприятия было нелегитимным, то теперь все ок.

Можно ли освещать неразрешенные мероприятия после того, как они прошли? Прямого запрета нет, но кто знает, как оно работает.

 

 

Закон «О персональных данных»

  Право на сбор информации вступает в противоречия с правом граждан на защиту своих персональных данных. Вводится запрет на получение, сбор и распространение персональной информации без согласия. Если какой-то массив информации позволяет идентифицировать человека – это уже попадает под статью. В том числе – фото и видео.

  Но есть и хорошая новость: журналист может собирать и распространять персональные данные без согласия лица, если это направлено на удовлетворение общественных нужд в получении информации.

 

Закон «О противодействии экстремизму»

  Изменяется формулировка ответственности за экстремизм.

Законодательство об экстремизме у нас сформулировано настолько широко, что дает возможность для произвольного привлечения практически любого человека.

 

Закон «О недопущении реабилитации нацизма»

  Как и закон об экстремизме, этот документ направлен на введение дополнительных ограничений в общественной дискуссии. В том числе и по вопросам исторической памяти. То, как он сформулирован, дает возможности для широкого толкования и привлечения к ответственности.

Есть вероятность, что за некоторые символы, которые люди когда-то использовали, сотрудничая с нацистами, можно будет привлечь по этому закону. И вряд ли это будет российский триколор.

Закон может создать дополнительные проблемы для людей, которые пишут или снимают на исторические темы.

 

Уголовный кодекс

  В ст. 203-1 предусмотрена уголовная ответственность за разглашение информации о частной жизни и о персональных данных. Будут наказывать за сбор и предоставление информации, повлекшей причинение существенного вреда, – ограничение свободы до 2 лет. Если это касается служебной деятельности должностного лица – до 5 лет.

  Ст. 203-2 касается утечки персональных данных, даже если они были собраны журналистом легитимно. Ответственность может достигать ограничения свободы до 2 лет.

  Ст. 198-1 касается интернет-ресурсов, не зарегистрированных как СМИ. Им нельзя распространять запрещенную информацию (а это очень большой открытый список). При повторном нарушении для владельца сайта может наступить уголовная ответственность на срок до 2 лет.

  В кодекс добавляется ответственность за содействие экстремистской деятельности (ст. 361-4) и за прохождение обучения или иной подготовки для участия в экстремистской деятельности (ст. 361-5). Напрямую это журналистов не затрагивает, но с образовательными мероприятиями – вопрос. Вероятно, в новой редакции список экстремистских формирований начнет расширяться очень быстро. И если организация или группа людей из этого списка проводит лекцию, вебинар или что-то подобное, то участников за прохождение обучения уже можно привлечь к ответственности.

  Ст. 369 касается оскорбления представителя власти и его близких. Если оно совершено в публичном выступлении, либо в печатном или публично демонстрирующемся произведении, либо в СМИ, либо в информации, размещенной в интернете, то может наказываться ограничением свободы на срок до 3 лет.

  Ст. 369 «Дискредитация Республики Беларусь». Раньше статья касалась предоставления заведомо ложных сведений иностранному государству или организации. Сейчас это убирается, остается просто распространение заведомо ложных сведений. Наказание увеличивается: арест или ограничение свободы на срок до 4 лет.

  Ст. 369-3 ужесточила наказание за нарушение порядка организации и проведения массовых мероприятий. Публичные призывы, распространенные в интернете, теперь могут быть оценены сроком до 5 лет лишения свободы.

  Ст. 375-1 «Незаконное собирание либо получение сведений, составляющих государственные секреты». Понятие «госсекрет» сформулировано очень обтекаемо: никогда не знаешь, какая информация может под него попасть. За сбор таких сведений можно получить до 3 лет лишения свободы. За сбор с помощью технических средств – до 5 лет.